Это (см. скрины) очень типичный кейс абьюзивных отношений. Автор хорошо описывает, как формируется связь, которая впоследствии становится ловушкой.
Начало очень классическое для таких отношений: сильное и эмоционально яркое сближение, сладкий «конфетно-букетный» период, много тепла, ощущение ценности. Это не просто эмоциональный фон, это важная часть динамики таких отношений, потому что именно потом эти воспоминания удерживают в отношениях, когда становится плохо. Часто там ещё присутствует ощущение уникальности и особой близости в отношениях. Психика впитывает яркий и эмоциональный образ, поэтому всё время будет пытаться «вернуться туда, где было хорошо».
Но такая интенсивность не может продолжаться бесконечно, обязательно происходит перелом. Как только появляется совместное пространство (съехались), начинается системное разрушение:
⭕️ газлайтинг — подмена реальности («ты виновата», «ты всё делаешь не так»);
⭕️ обесценивание личности, достижений, вкусов;
⭕️ экономическое использование — жизнь за её счёт;
⭕️ контроль — еда, окружение, контакты;
⭕️ изоляция — попытка убрать друзей;
⭕️ эмоциональное насилие — давление и крики по 5 часов.
Такова классическая система абьюзивного подавления другого человека. Самое главное — это повторяется регулярно, что формирует у объекта абьюза новое внутреннее ощущение себя. Постепенно разрушается опора на себя. Фраза «превращал меня в ребёнка» — очень точно показывает потерю субъектности и самостоятельности. Начинаются сомнения в себе: другой человек решает, другой обвиняет, а внутри — поиски собственной вины.
После этого появляется внутренний сдвиг: реальность уже не проверяется через свои чувства, а только через взгляд другого.
Следующий важный момент — финансовая динамика. Она работает на ту же цель: усиление зависимости и снижение автономии. Когда человек работает на 2 работах и при этом не имеет ресурса на себя, психика истощается, а способность критически оценивать ситуацию падает ещё сильнее. Уязвимость к чужому внушению в таком истощённом состоянии повышается в несколько раз.
Крики по 5 часов — это также эмоциональное насилие с целью перегрузки нервной системы. В таких состояниях человек перестаёт критически оценивать информацию. Это тоже не случайно: длительное эмоциональное давление ломает способность сопротивляться.
После этого автор уходит. И это важная точка: ресурс автономии всё же сохранился. Она не полностью утратила контакт с реальностью, раз смогла собрать вещи и сбежать. Но то, что происходит после, — как раз самая хрупкая часть данного кейса.
Снаружи она уже вышла из отношений, но внутренняя связь остаётся:
😟 «мне кажется, что я что-то не так сделала»
😟 страх, что она «сама станет абьюзером»
😟 страх снова встретить такого же
😟 ощущение, что будущее туманно
Это не глупость, недалёкость автора. Именно такими бывают последствия системного воздействия. Постоянные повторения и внушения в состоянии эмоциональной уязвимости впоследствии становятся внутренним голосом. Хрупкость этой точки состоит в том, что женщина уже вышла из абьюза, но продолжает жить в этой логике. Токсичная вина за произошедшее разрушает. Хотя на самом деле именно она выдерживала, обеспечивала, заботилась об отношениях, то есть вкладывалась. Абьюз держится на том, что жертве внушением подменяется настоящая реальность навязанной. И внутри может держаться ощущение своей плохости или «я предала». Это называется инверсией ответственности, которая формируется в абьюзивных отношениях.
И ещё один важный эмоциональный аспект — это страх собственной агрессии («вдруг я сама стану абьюзером»). Такая реакция часто появляется, когда человек долго подавлял свои эмоции: по сути, нормальные реакции в ненормальной ситуации. Любая собственная злость начинает восприниматься как опасная (про пользу злости и агрессии я писала много, поищите по ключевому слову).
Как терапевтически можно работать с подобной историей? Здесь есть несколько ключевых задач.
Первая — вернуть человека в реальность. Это делается очень аккуратно, но системно:
✴️ что происходило на самом деле, ✴️ где была её ответственность, а где нет.
Вторая очень значимая часть — работа с виной и стыдом. Не просто убедить в том, что клиентка не виновата, а важно научить её видеть границы ответственности: откуда и чья эта идея, за счёт чего она держалась и кто на самом деле отвечает.
Третья задача — восстановление личных границ и субъектности. Женщине важно вернуть право чувствовать весь спектр своих переживаний: от привязанности до отвращения и злости, снять стигму стыда с них, важно вернуть право хотеть, право выбирать и чувствовать, что подходит, а что нет. Обычно это продолжительный процесс, требующий времени, потому что разрушение проводилось системно.
Четвёртая важная задача: работа с телом и нервной системой. После таких эпизодов (особенно с криками, давлением, страхом) тело остаётся в гипернапряжении. Страх, остановленная злость, тревога могут давать не только телесные зажимы, но и нарушения сна или даже тревожные эпизоды. Это реакция вегетативной нервной системы на длительный стресс. И тут важно работать не только с когнитивным пониманием, но и с телесным расслаблением.
И если совсем кратко, то суть кейса такова: женщина не «не понимает, что произошло». Дело в том, что она понимает, но её понимание в конфликте со встроенной системой координат после абьюза, которая говорит, что она виновата и плохая. Именно этот внутренний конфликт создаёт травматическое расщепление в абьюзивных отношениях. Когда человек теряет опору на себя, на свои ценности и пределы, а также теряет это ощущение собственных границ.
Безусловно, люди, склонные к насилию, в том числе к эмоциональному, выбирают тех, кто может быть подвержен такого рода внушению. Там обычно совпадают оба героя этой истории.
Но выбираться можно и нужно из таких ситуаций, даже если они повторялись в жизни неоднократно. Просто для этого потребуется большая внутренняя работа.