Рационализация — очень любопытная психологическая защита, и надо заметить, довольно обаятельная, потому что она выглядит не как очевидное бегство от реальности, а как логика, разумные рассуждения, взрослость и способность рационально все объяснить.
Человек, который защищается от реальности при помощи рационализации, не кричит, не отрицает, не устраивает эмоциональных сцен. Он спокойно, иногда даже очень убедительно рассказывает, почему все произошло именно так, почему он не может этого сделать или почему он поступил вот таким образом. Он часто говорит, почему ему не больно, не обидно, не страшно, не стыдно, и вообще все понятно, потому что рационализация отлично уводит нас от чувств. И вот тут происходит самое интересное.
Рационализация не обязательно означает, что человек лжет, потому что человек, как правило, искренне верит в свои объяснения. Просто в рационализации нас обманывает сам наш мозг. А эти объяснения могут быть не всей правдой, а лишь той частью правды, которую сознанию и психике сейчас легче принять. Рационализация не показывает, что человек глуп или имеет плохой характер. Она показывает попытку сохранить ощущение контроля там, где внутри очень много непереносимых эмоций: боли, стыда, растерянности или бессилия.
Что это
Рационализация — это такая психологическая защита, при которой человек объясняет свои чувства, поступки или происходящие с ним события логичными, социально приемлемыми и внешне разумными конструктами, чтобы не сталкиваться с более болезненной внутренней правдой, особенно чтобы не сталкиваться с иррациональной частью своего внутреннего мира. Говоря простым языком, психика подбирает объяснения, которые звучат прилично и убедительно. И часто эти объяснения действительно не совсем ложные. В этом состоит и тонкость подмены рационализации.
К примеру, человек может сказать: «Я не пошел на эту встречу, потому что у меня было много дел». И на самом деле он был занят, но если посмотреть внимательнее внутрь, там мог быть еще страх быть отвергнутым, стыд, смущение, тревога, злость или нежелание снова чувствовать себя лишним в этой компании.
Или человек может говорить: «Я ушел из отношений, потому что мы очень разные». И доля правды в этом есть, люди правда разные. Только за этим может еще прятаться: «Мне страшно было быть слишком близко», «Я не выдержал зависть к этому человеку», «Я не мог попросить о том, что мне важно, и не мог обозначить свои границы» или «Я боялся, что меня бросят первым».
Рационализация как будто бы говорит и защищает: «Давайте не будем идти туда, где больно. Давайте останемся там, в той сфере, где мы можем все объяснить логически. Давайте не будем чувствовать, а давайте будем размышлять». И вот в этом заключается серьезная подмена рационализации и ее обман: она подменяет чувства логикой, а живой контакт с реальностью — рассуждением о реальности.
Как это выглядит в жизни
В жизни рационализация очень убедительна. Она логична, она звучит зрело.
Например, человека не взяли на работу, и он говорит: «Да я туда сам не очень хотел, компания, честно говоря, сомнительная».
Или партнер холоден, исчезает, не отвечает, а человек себе объясняет: «У него просто сейчас сложный период. Ну он такой, ему нужно время и пространство».
Кто-то постоянно нарушает границы, а внутри появляется объяснение: «Но у него же было тяжелое детство, и он не умеет иначе. Сейчас всем трудно».
А другой человек работает на износ и при этом рассуждает: «Ну сейчас такой этап, просто нужно потерпеть, зато я профессионально расту», и не замечает своего выгорания.
Иногда это вся правда. Люди действительно переживают сложный период, работа может быть этапом роста. А у других людей мы действительно наблюдаем травмы и ограничения. И дело не в том, насколько эти объяснения логичны. Дело в том, что от нас скрывает рационализация.
Если за объяснениями исчезает чувствительность к себе, исчезают эмоции, боль, злость, усталость, разочарование, страх или ощущение «со мной так нельзя», то рационализация уже не помогает понять ситуацию. Она уводит человека от контакта с собой, от понимания реальности такой, какая она есть. И самое главное, она уводит человека от контакта с теми эмоциями, которые могли бы его защитить от того негатива, который сейчас происходит.
Почему психике это нужно
Рационализация помогает психике сохранить достоинство, контроль и ощущение внутренней устойчивости. Вот буквально: сохранить ощущение «я контролирую происходящее со мной». И именно тогда, когда на самом деле человек потерял контроль. Когда происходит что-то болезненное, человеку бывает очень сложно признать: «Меня отвергли», «Мне изменили», «Я надеялся», «Я ошиблась», «Я зависела от этого человека», «Мне стыдно», «Мне страшно», «Я злюсь», «Я не справляюсь». Такие признания могут человека внутри ранить, если его собственная внутренняя картинка не совпадает с этими переживаниями или запрещает ему чувствовать эти эмоции.
Особенно сильно это проявляется, когда у человека есть опыт, где его стыдили за уязвимость, высмеивали, наказывали или использовали его чувства против него самого. И тогда психика очень быстро выстраивает мостик из рациональных объяснений, чтобы защититься от этих переживаний.
Не «мне больно», а «это был полезный опыт».
Не «меня не выбрали», а «это просто не мой формат».
Не «я испугалась близости», а «отношения начали слишком ограничивать мою свободу».
Не «я устала до истощения», а «я просто ответственный человек».
С одной стороны, это правда помогает. Рационализация снижает стыд, уменьшает тревогу, дает ощущение, что происходящее можно понять и как-то упорядочить. А психика очень любит порядок и выстраивать, раскладывать все по полочкам, особенно когда внутри эмоциональный хаос и шторм.
С другой стороны, когда объяснение становится способом ничего не чувствовать, оно работает против человека. Это как анестезия на руке, которая прикладывается к горячей сковородке. Она не защищает, она делает человека еще более уязвимым.
В каких ситуациях защита начинает мешать
Рационализация мешает нам там, где логика заменяет живую встречу с собственным переживанием. Человек может прекрасно объяснять, почему ему плохо, но не позволять себе почувствовать и прожить эту эмоцию. Он может очень много рассуждать про свое переживание, про то, откуда у него возникли такие реакции, но при этом оставаться как человек, который читает техническую книгу: не проживать, не чувствовать, быть замороженным и при этом снова и снова повторять тот же самый сценарий. Поэтому рационализация водит нас по кругу.
Человек может годами говорить: «Я понимаю, почему я выбираю эмоционально недоступных людей», но не приближаться к боли, которая стоит за этим выбором. И тут важный нюанс: понимание не всегда равно изменениям. Понимание часто уводит нашу энергию внимания в рациональное русло тогда, когда нам очень важно научиться чувствовать себя, замечать изменения в своем теле, в своих ощущениях и починить свой внутренний компас, который показывает: вот эти ситуации, эти люди для нас полезны и питательны, а вот эти разрушительны.
Есть случаи, когда понимание действительно помогает. Но чаще оно становится красивой полкой, на которую человек аккуратно складывает свои замороженные переживания, чтобы не трогать их руками. А тело при этом будет продолжать реагировать, потому что тело не может не реагировать на реальность и на переживания. Тело может сжиматься, уставать, тревожиться, терять сон, болеть, впадать в напряжение, потому что тело не живет в рациональном ключе. Тело живет в реальности, которая окружает человека и от которой человек защищается при помощи рационализации.
Когда человек говорит сам себе «я все понимаю», а внутри становится пусто, тревожно или одиноко, это означает, что одного понимания мало. Нужен контакт с собой, с реальностью и со своими настоящими переживаниями, какими бы пугающими они ни были.
Интеллектуализация как разновидность рационализации
Здесь важно отдельно отметить еще психологическую защиту интеллектуализацию. Ее часто выделяют как самостоятельную защиту, но для этой серии я бы рассматривала ее как разновидность рационализации, чтобы не создавать путаницу.
Если рационализация в целом объясняет происходящее логически, то интеллектуализация делает это особенно умно, теоретично и красиво. Человек не просто говорит: «Я не пошла на встречу, потому что была занята». Он может сказать: «У меня активировалась травма отвержения, связанная с ранним опытом нестабильной привязанности». И это может быть правдой.
Но если за этой формулировкой нет живого переживания «мне было страшно», «мне больно», «я боялась почувствовать себя лишней», то интеллектуализация работает как та же рационализация, только еще более тонко, еще более интеллектуально: не подкопаться!
Она не обязательно искажает реальность грубо, она может очень точно ее описывать. И при этом держать человека на дистанции от собственного тела, злости, стыда, боли, зависимости, желания быть увиденным.
Не «я сейчас в ужасе», а «у меня активировалась тревожная часть».
Не «мне больно, что меня не выбрали», а «здесь, вероятно, включилась моя травма отвержения».
Не «я злюсь», а «во мне поднимается реакция на нарушение границ, связанная с ранним опытом».
Все эти фразы могут быть точными. К сожалению, точность не всегда отражает контакт со своими переживаниями. Интеллектуализация особенно часто встречается у людей умных, тонких, наблюдательных, много читающих, привыкших понимать себя через голову. И это не плохо. Ум правда может быть опорой. Проблема начинается тогда, когда ум становится единственным инструментом и местом, где человеку можно быть, а тело и чувства остаются как будто за стеклом.
Поэтому в этой статье я оставляю интеллектуализацию внутри рационализации: как ее более интеллектуальную, терминологическую форму. Суть механизма остается той же — не чувствовать напрямую, а объяснять так, чтобы не встретиться с тем, что пока слишком трудно прожить. Рационализация чаще подменяет настоящую причину удобным объяснением, а интеллектуализация подменяет живое переживание умным анализом.
Как рационализация проявляется в отношениях
В отношениях рационализация очень часто помогает не встречаться с тем, что на самом деле происходит между людьми. Например, когда человек чувствует себя ненужным в контакте с кем-то или отвергнутым, он может объяснять себе это так: «Но он просто не любит переписываться», «В его привычках вот так все время пропадать», «Она так проявляет заботу и не пишет мне», «У нас разные темпераменты» или «Я слишком многого хочу». Вместо того чтобы посмотреть в глаза тому, какова его потребность и насколько эту потребность он может реализовать в текущих обстоятельствах. Иногда это действительно разные темпераменты, а иногда это мощный сигнал отсутствия контакта, эмоциональной недоступности, нарушения договоренностей или очень неравный вклад в отношения.
Рационализация может защищать от боли признания: «Я важен» или «Я важна меньше, чем мне хотелось бы», «Мне не отвечают взаимностью», «Мне приходится слишком много объяснять очевидное», «Я остаюсь там, где мне небезопасно». Еще рационализация может использоваться для оправдания собственных поступков.
Допустим, человек нахамил и резко ответил: «Ну а что, надо же было поставить границы».
Или человек исчез без объяснений: «Я просто берег свое состояние и границы».
Или человек обесценил другого: «Но я же сказала ему в глаза правду».
И вот тут мы встречаемся с очень тонкой гранью. Границы правда важны, беречь свое состояние действительно важно, честность очень нужна. Но все это не отменяет вопроса: а что именно я сделал с другим? Был ли там контакт? Была ли эмоциональная ответственность за свой поступок и слова? Или же я просто красиво назвал свое нападение честностью, а избегание — заботой о себе?
Рационализация часто звучит очень зрелым языком, но зрелость начинается не там, где у нас есть правильные слова, а там, где мы можем выдерживать разные эмоции, в том числе интенсивные, а также последствия своих действий и не прятаться только за логическими объяснениями.
Что человек обычно не замечает
Человек в рационализации часто не замечает, что он уже давно не чувствует, а объясняет. Он может говорить про боль так спокойно, словно пересказывает чужой отчет. Может описывать травматический опыт очень умно и точно, но без доступа к телу, к телесным ощущениям, к своей злости, к боли, к слезам, к растерянности, к уязвимости и к живому ощущению «со мной это произошло». Часто человек даже не замечает, что его объяснения всегда оказываются с перекосом в пользу сохранения привычного сценария.
Остаться там, где больно.
Не попросить о важном.
Не признать обиду.
Не встретиться со стыдом.
Не сказать: «Я не хочу так больше».
Рационализация может быть очень умной, красивой дверью, которая все время открывается не туда, куда нужно на самом деле человеку. И тут очень важно встать на свою сторону и ни в коем случае не ругать себя, потому что эта защита формировалась тогда и там, где чувствовать было небезопасно. А объяснять можно.
Очень часто это было в детстве, когда ребенка хвалили за правильное поведение, за его ум, за его логику, но запрещали чувствовать злость, чувствовать страх, чувствовать другие переживания. И таким образом ребенок выживал рядом со взрослыми, которые стыдили за слезы, стыдили за злость, а за ум хвалили. Которые говорили «не драматизируй» или «успокойся» гораздо чаще, чем «я вижу, тебе больно». И психика научилась выживать через рацио. Это правда когда-то могло помочь.
Как с этим работает психотерапия
В терапии рационализацию не нужно разрушать. За рационализацией часто стоит очень уязвимая, хрупкая часть, которая боится, что без объяснений ее просто затопит океан эмоций.
Психотерапевт не спорит с логикой человека ради самого спора. Задача не в том, чтобы сказать: «Нет, вы все неправильно объясняете». Это не будет полезно для клиента.
Задача стоит гораздо мягче: помочь человеку заметить, что происходит под объяснением, что скрывает его объяснение.
Что вы чувствуете, когда говорите «все логично»?
А как это отзывается в теле?
А если ваше объяснение убрать на одну минуту, что кроме него останется?
Какие там переживания? Злость, обида, стыд, бессилие, страх быть ненужным, зависть, разочарование?
И здесь начинается настоящая работа. Но не потому, что логика клиента плоха, а потому что логика должна быть связана с переживанием, а не замещать его.
Хорошая терапия помогает вернуть мост между умом, телом и чувствами, чтобы человек мог не только понимать, но и проживать, не только объяснять, но и выбирать, не только сохранять лицо, но и оставаться в контакте с собой, оставаться чутким, внимательным к себе и быть на стороне своей уязвимости со способностью себя защитить более зрелыми способами.
Почему стоит учиться видеть рационализацию
Видеть свою рационализацию — это не означает отказаться от логики и своего ума. Разум нам нужен очень, особенно когда внутри штормит, а снаружи еще нужно позаботиться о близких, приготовить завтрак, вынести мусор и заработать на отпуск.
Дело даже не в том, чтобы перестать себе объяснять. Дело в том, чтобы замечать, когда объяснение становится способом не замечать своих переживаний.
Можно спрашивать себя:
Что я сейчас объясняю?
А что я при этом чувствую?
А что я не хочу чувствовать сейчас?
Какая правда станет видимой, если я перестану делать ситуацию настолько логичной?
Что в этой истории я называю разумностью, хотя, возможно, это страх, стыд или привычка не просить о большем?
Эти вопросы нужны для того, чтобы постепенно возвращаться к реальности. Бережно, с заботой о себе, с возможностью сказать: «Я понимаю, почему я так объясняю, просто мне пока сложно увидеть, что под этим скрывается», — и с принятием, что это сейчас происходит именно так.
Вместо вывода
Рационализация когда-то была полезна и могла помочь человеку сохранить его достоинство, не провалиться в стыд, страх, не встретиться с болью или обесцениванием раньше, чем появились силы это все выдержать.
Но когда она становится главным способом справляться с переживаниями и жизнью, человек начинает жить в объяснениях и в логике и теряет контакт с собой настоящим.
Когда вроде бы многое понятно, и многое можно найти в книгах и логически себе объяснить, но абсолютно непонятно, почему жизнь не меняется и почему не меняются привычки.
А ответ очень прост: потому что объяснить можно многое, но изменения происходят через проживание.
Когда многое звучит разумно и защищается рационализацией, внутри все равно остается напряжение, пустота, боль или ощущение, что настоящая жизнь где-то рядом, но не здесь.
И задача состоит в том, чтобы интегрировать все части себя, сделать их целостными.
Мы не выгоняем рационализацию из психики, потому что она когда-то была способом сохранить себя. Задача состоит в том, чтобы найти рационализации правильное место и не позволять ей подменять другие наши способы понимания себя и мира.
Пусть разум помогает понимать реальность, но не забирает у человека право чувствовать то, что в этой реальности с ним происходит.